ПО СЛЕДАМ РУССКОГО АФОНСКОГО МОНАШЕСТВА:

ПАЛОМНИЧЕСТВО НА СВ. ГОРУ АФОН

Март 2013 года

Заметки неизвестного паломника

(Все имена изменены и совпадения случайны)

День первый

Уже год, будучи официальным студентом Богословского факультета университета в Салониках, где-то в начале 2013 года,  положил я на сердце с Божией помощью отложить всякое житейское попечение и предпринять паломническое путешествие в одну из величайших святынь этого мира, монашескую республику – Святую Гору Афон. Заказав заранее в Салониках диамонитирион – специальный пропуск, без которого ни один человек не может попасть на Афон и, зарезервировав для себя место в монастыре Ватопед на всю первую седмицу Великого Поста, я стал ждать сего благословенного дня. Этот день наступил – и вот в пятницу, на Масленица, я оказался в Урануполе, деревушке, из которой паломники отправляются паромным сообщением на Афон.

Башня Просфорион в Урануполе до 1923 года была пристанью монастыря Ватопед

Первое разочарование ждало меня сразу по прибытии в Урануполь. В офисе после выдачи диамонитирионов всех предупредили, что погода «нелётная», и парома не будет не только сегодня, но, возможно, и на следующий день. Столкнувшись с таким неожиданным поворотом событий, и не зная, что предпринять, в нерадостном расположении духа я спустился к пристани. Действительно, волнение на море было весьма заметным, волны с силой бились о причал, и о швартовке парома не могло быть и речи. «На всё воля Божия», – подумал я и начал внутренне молиться.

Неожиданно из близлежащего кафе меня кто-то окликнул. Это оказался мой хороший знакомый, студент из Салоник Александр, который с отличием закончил духовную академию и был направлен для продолжения богословского образования в Салоники. Сейчас он пишет магистерскую работу и параллельно, в свободное от учебы время, сопровождает  в качестве экскурсовода русских паломников на Афон. Оказалось, что и в этот раз он был с паломниками, которые в этот момент безмятежно завтракали в популярном ресторанчике «у Дафни», названном так по имени хозяйки, женщины весьма приветливой.

Будни Урануполя

В этот раз Александр должен был сопровождать группу в составе четырех человек из Москвы и Петербурга, которые задались целью обойти максимально возможное число бывших и нынешних русских келий и скитов для получения представления о состоянии этих русских келий и последующего написания публикации по этой теме. В составе группы был и профессиональный фотограф. Познакомившись с группой, я узнал об их планах и, поскольку мои новые знакомые решили не ждать у моря погоды, а идти другим путем – сухопутным, то я попросился присоединиться к ним, был сразу же с радостью принят и мы тотчас направились к границе между материковой «светской» Грецией и монашеским полуостровом Афон.

Вид на границу Афона с материковой Грецией. Видны последствия пожара.

Обычно на границе сидит полицейский, который никого не впускает, но выпускает всех,  когда прекращается морское сообщение с Афоном. На наше счастье на пропускном пункте,  как это ни странно, не оказалось ни одного полицейского! Наверняка они бастовали в связи с очередным уменьшением зарплат и мы, беспрепятственно пройдя через границу, оказались на благословенной афонской земле. Когда мы уже поднялись на довольно крутой подъем длиной в полкилометра, груженые продуктами и коробками с подарками для наших русских келиотов, нам встретилась машина, и остальную часть многокилометрового пути мы уже проделали на колесах. Уже позднее я узнал, что крутой подьем, который мы преодолели проходит по большому горному хребту и называется Мегали Вигла (Μεγάλη Βίγλα) или “Великая стража”. Это природная преграда, установленная самим Богом, которая огораживает монашеский полуостров от материковой светской Грецией. Именно вдоль подножия этого горного хребта и была в 1923 году установлена граница Афона.

пристань
Пристань скита Крумица

Первой нашей остановкой был скит Пантелеимонова монастыря – Крумица (это наиболее близкое к Урануполю монашеское поселение), где ныне скитоначальником является отец Агафон. Он был в отъезде и нас встретил иеромонах Николай (Генералов), который 35 лет назад приехал на Афон 23-летним парнем из Рязани и в настоящее время пользуется духовным авторитетом среди русских монахов и паломников.

Не обошлось, однако и без курьезного случая: наш фотограф Арсений, человек светский, задумал сфотографировать отца Николая и для этого попросил его выглянуть с окна второго этажа скитского корпуса, где он тогда находился.  Отец Николай, сперва немного опешив от неожиданности (монахи на Афоне как правило не разрешают себя фотографировать), ответил, что его лицо, пожалуй, ещё слишком большое и не поместится в объектив фотокамеры, поэтому попросил перенести съемку на окончания поста, после того как похудеет.

Попив чаю с отцом Николаем и взяв напутственное благословение на дорогу, мы двинулись в дальнейший путь на машине.

Картина вокруг открывалась весьма удручающая – кругом одни голые обгоревшие деревья и выжженная земля. В прошлом году, всего за четыре дня с 8-го по 11-е августа выгорело около 30 квадратных километров лучшего афонского хвойного леса, при том, что общая площадь всего афонского полуострова – 330 квадратных километров.

Сгорело около 30 км. кв. лучшего афонского леса

Преодолев обгоревший участок, мы заехали в сербский монастырь Хиландар, который до сих пор восстанавливается после другого разрушительного пожара, который  охватил монастырь в 2004 году, когда сгорело две трети всех монастырских построек. Мы приложились к чудотворной иконе Божией Матери «Троеручица», которая находится на месте игумена в храме, так как в этом монастыре не выбирают игумена, но Сама Богородица является Игуменией монастыря. Паломники взяли виноградной лозы, выросшей в 1207 г. из основания храма из-под гробницы прп. Симеона Мироточивого и обладающей чудесной целебной силой, помогающей в разрешении бесплодия супружеских пар. При выходе из монастыря нам встретился духовник обители отец Кирилл – кроткий старчик небольшого роста. Взяв у него благословение, мы отправились в болгарский монастырь Зограф, по пути решив зайти в греческий монастырь Есфигмен.

Чудотворная виноградная лоза, возраст которой уже больше 300 лет и от плодов которой получают исцеления страдающие бесплодием

План нашего посещения Афона предполагал уделить особое внимание посещению именно бывших русских келий на Афоне. Главным ориентиром для этого стала для нас прихваченная с собой книга с описанием всех русских келий дореволюционного путешественника А. Павловского под названием «Путеводитель по Афону», СПб., 1913. В книге описывается история возникновения русских келий на Афоне, подходы к ним и фотографии самих келий. Однако, несмотря на наши горячие просьбы, в сербском монастыре нам так и не дали благословения на посещение Троицкой русской кельи, впечатляющие развалины которой виднеются с дороги, ведущей к монастырю от Йованицы – пристани сербской обители. Посовещавшись, мы решили не нарушать все же афонского благословения и отложить посещение этой кельи до лучших времен.

Монастырь Эсфигмен

В зилотском монастыре Есфигмен нашей целью было приложиться к чудотворной иконе Богородицы «Арсаниотиссы» (Причальной), которая сейчас находится на почетном месте в главном храме на левой колонне, лицевой стороной к алтарю, но столетие назад, эта икона была всего лишь образом, который висел в комнате для рабочих монастыря на берегу моря. Икона находилась в одном из зданий пристани монастыря, которое располагалось под крутым горным утесом, и в декабре 1892 в ночное время было разрушено сильным камнепадом. История чуда такова: под иконой в прибрежном здании для рабочих-рыболовов спал Николай Караманиолас, ответственный монастыря за рыбную ловлю, который спасся от верной гибели благодаря чудесному спасению от иконы. После камнепада Николай был найден в полном здравии завернутым в одеяло и спящим вне здания, из которого чудесным образом невидимой силой он был перенесен на берег. Причем сам монастырский рыбак даже не заметил случившегося и того, что оказался вне здания, которое полностью разрушилось. Разбудили его уже прибежавшие на шум монахи…

«Пчелиная» икона Богородицы

Также в архондарике монастыря мы внимательно рассмотрели икону Богородицы “Пчелиной” – уникального образа и маленького чуда наших дней. Этот небольшой бумажный образ Богородицы находится внутри пчелиных сот, буквально впаянный в сами соты, но оставшийся открытым для взора.

Как известно, монахи есфигмениты являются зилотами и не поминают вселенского патриарха за его контакты с католиками, что является главным их идеологическим отличием от других монастырей Афона. Однажды один монах из братии – пчеловод, решил проверить на практике подлинность своего убеждения в том, что вселенский патриарх не прав в его плотном общении с католиками. Он взял два бумажных образа – один с иконой Богородицы, а другой – с фотографией патриарха, целующегося с папой и поместил эти изображения в улей. Спустя некоторое время, открыв его, он увидел, что икону Богородицы пчелы украсили сотами, оставив открытым сам образ, а фотография патриарха с папой оказалась объедена в верхней части таким образом, что оба лишились голов!

Образ святого Георгия над входом в трапезную монастыря Зограф

Добравшись до Зографа мы приложились к чудотворной иконе вмч. Георгия. Эта икона считается нерукотворной и была явлена первым монахам, пришедшим на это место и не знавшим, в честь кого посвятить построенную ими церковь. Присмотревшись к образу св. Георгия, можно увидеть как бы торчащий из иконы сучек. По преданию, некий епископ, не поверив в рассказ о нерукотворности иконы, дерзостно ткнул в нее пальцем. Палец врос в икону и остался в нем, так что пришлось вызвать лекаря и обрезать палец. Назидание за неверие и неблагочестивое отношение можно видеть до сих пор на иконе в виде остатков от фаланги пальца. Радушные и гостеприимные болгарские монахи пригласили нас остаться на ночь, но мы были вынуждены вежливо отказаться. Пока не зашло солнце нам предстояло посетить еще два монастыря и один заброшенный бывший русский скит, поэтому мы направились дальше – по направлению к  монастырю Дохиар.

Храм скита «Черный Выр»

На относительно небольшом расстоянии от Зографа располагался некогда русский скит, Черный Выр Рождества Богородицы Зографского монастыря, бывший одно время единственной обителью на Афоне, где жили русские монахи. Мы решили осмотреть этот заброшенный скит. Название содержит славянское слово «выр» – бурный поток, водоворот, сохранившееся в болгарском и украинском языках. Скит располагается при горном потоке на одном из каменных утесов, соседствующих с Зографом. Построен он был на пожертвования императрицы Елизаветы Петровны в 1747 году и находился в ведении малороссов, которые оставили его около 1830 г. перед началом русско-турецкой войны. Несколько десятилетий после ухода малороссов в нем продолжало жить несколько монахов-болгар до последовавшего затем его полного запустения, произошедшего где-то во второй половине XIX века.

Вид на архондарик скита «Черный Выр»

Черный Выр имел статус скита, вокруг него располагалось множество монашеских келий, развалины которых до сих про виднеются в лесной чаще. Афонский монах XIX века, еще заставший в Черном Выре последних монахов-болгар, Сергий Веснин замечает, что

«местность его дика и слишком много наводит грустных дум и мрачных впечатлений, особенно развалинами иноческих хат. Надобно полагать, что воздух здесь слишком тяжел и опасен, как и везде при святогорских потоках, в которых очень часто, особенно в полночь, появляется самый тонкий и пронзительный ветер, называемый здесь опоем. Если этот ветер охватит кого врасплох, гнилая горячка тотчас схватывает, и редкие не истаивают в ее жгучем пламени»

(Иеросхим. Сергий Веснин. Письма святогорца. 1844 г., Афон, Русский монастырь).

Дохиар – греческий монастырь, но именно в этом монастыре находится в процентном отношении самое большое количество русских монахов по сравнению с другими греческими монастырями. На пути в этот монастырь нас ждало неприятное известие: после обильных дождей, которые продолжались несколько дней, не переставая, дорога была размыта и попасть в нужную нам часть Афона мы могли только в одном месте, где нужно было проехать на машине по узкой полоске песка и гальки между бушующим морем и стеной пристани болгарского монастыря Зограф.

Монастырь Дохиар

Было немного боязно: на наших глазах впереди идущую машину чуть было не унесло волной, но наш опытный водитель-экскурсовод проехал без особых проблем. Через некоторое время мы были уже в Дохиаре, приложились к чудотворному образу Богоматери «Скоропослушница», помолились каждый о своих нуждах, подали записки, пообщались со зде живущими русскими монахами и отправились на место нашего ночлега – в монастырь Ксенофонт.

Пристань монастыря Зограф. Здесь дорога проходит прямо по берегу моря

В Ксенофонт мы прибыли уже с заходом солнца, где нас разместили в небольших уютных комнатах. Надо заметить, что все монастыри (кроме Русского Пантелеимонова, так как он был построен уже в позднейшее время) построены в виде крепостей с высокими стенами для защиты от пиратов. По традиции на Афоне используется так называемое византийское время, при котором полночь начинается с заходом солнца. В это же время монастыри закрывают ворота и, если паломник задержался в пути и не успел дойти до монастыря с заходом солнца, то вполне вероятна ситуация, когда ему придется провести ночь на улице. Это может быть чревато нехорошими последствиями: ночи на Афоне холодные, а в округе водятся шакалы, жутковатое завывание которых часто пробуждает утомившихся от пути и отдыхающих в архондариках монастырей путников.

Вид с моря на монастырь Ксенофонт

Богослужение также зависит от византийского времени. В весенний период, когда совершалось наше путешествие, утреннее богослужение (полунощница, утреня и Литургия) начиналось в два часа ночи!

В монастыре находится чудотворная икона святого Георгия Победоносца, чудесно спасшаяся от сожжения иконоборцами и приплывшая по морю к берегу возле монастыря. В том месте, где монахи достали икону из воды, находится чудотворный источник, всего в трех метрах от моря, из которого истекает радоновая вода.

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Поклонившись чудотворной иконе Одигитрия и помолившись до 6 часов утра всем преподобным в подвиге просиявшим, память которых празднуется в последнюю субботу перед Великим Постом, в конце литургии мы получили у священника по частичке антидора (в греческих храмах нет практики целования креста после отпуста литургии, а священник просто раздает антидор всем молящимся) и с восходом солнца отправились в Дафни – к главной пристани Афона.

Во дворе скита Старый Руссик

По пути мы еще успели попасть в Старый Руссик, скит Русского Пантелеимонова монастыря, полюбоваться башней, на которой св. Савва Сербский принял свой монашеский постриг, будучи принятым в братство радушными русскими монахами в 12 веке! Савва, который был сыном сербского царя Симеона, и до монашества носил имя Растко, познакомившись с афонскими монахами, решил сбежать от своего отца, отречься от мирской славы, власти и престолонаследия, чтобы стать монахом. На Афоне в Руссике его настигли воины, искавшие его, но отложив свое возвращение, на следующий день они увидели, что Растко сбрасывает свои царские одежды с верхнего этажа башни и он предстает всем теперь облаченным в монашеские черные одеяния. Так Растко становится в монашестве Саввой, и говорит воинам, что если они попробуют забрать его насильно, то он сбросится с башни, разобьется и не достанется ни отцу-царю, ни монахам. Воинам ничего не осталось поделать, как вернуться в Сербию с пустыми руками и сообщить царю Симеону о монашеском выборе его сына.

Примечательно, что сам царь Симеон через год отрекся от престола в пользу другого своего сына и тоже ушел на Афон. Чуть позже Савва и Симеон, пользуясь благорасположением к ним византийского императора, на лучших землях Афона основали собственный сербский монастырь Хиландар, который мы посетили накануне.

На пристани Русского Пантелеимонова монастыря

В Дафни мы настолько увлеклись перекусом (вот что афонский благодатный воздух делает!) пирожками с яблоками и картошкой, а также испитием вкуснейшего чая в кафе Яниса, что чуть было не опоздали на катер, который должен был нас отвезти в греческий монастырь святого Павла, откуда нам предстоял большой пеший переход по труднодоступным и удаленным от всякого человеческого взора скитам, келиям, каливам и исихастириям, где вдали от мира несут свою невидимую службу воины Христовы, молитвами которых еще держится наш мир.

Наш опытный гид, однако, вовремя заметил приближающийся катер (это была «Святая София», большой катер, который вмещает около 40 человек), и вот мы уже наслаждаемся скоростью и открывающимися видами скал, гор, ущелий, монастырей, по одному борту, и безбрежного голубого моря – по другому, из окна быстродвижущегося судна.

Перед монастырем святого Павла

Катер благополучно примчал нас к пристани монастыря св. Павла, который огромным комплексом своих высоких каменных зданий и стен возвышается над небольшой долиной, со всех сторон окруженной высокими горами. В непосредственной близости от монастыря протекает горный поток, начало которого восходит к скопившимся за зиму ледникам под самой вершиной Афона.

Ворота монастыря святого Павла

В монастыре мы поклонились Дарам Волхвов, которые состоят из 15-ти кусочков золота и 63-х комочков ладана и смирны, пятикилограммовому железному кресту св. Павла Ксиропотамского, который он носил на шее в качестве вериг, частице Животворящего Древа Господня, лобной части великомученика и целителя Пантелеимона,главе св. вмчк. и бессребреника Дамиана.

На монастыре святого Павла заканчивается всякое дорожное сообщение между монастырями и начинается пустынная часть Афона, вокруг самой вершины, где не разрешено строительство дорог, а потому перемещаться можно только по горным тропам, либо пользоваться водным транспортом.

Вид с монастыря св. Павла на каскадные галереи с монастырскими насаждениями

Пеший переход от монастыря св. Павла до скита св. Анны у нас занял более полутора часа. Тропа сперва идет вдоль моря, а затем резко набирает высоту, останавливаясь на 300 метрах над уровнем моря. На этой высоте располагается самый крупный отшельнический скит Афона – Святая Анна. В скиту мы поклонились левой стопе св. праведной Анны, родительницы Божией Матери и ее чудотворной иконе, исцелившей от бесплодия множество семей, улыбающиеся чада которых, весело поглядывали на нас с благодарственных фотографий вокруг иконы.

Погода в марте обычно хмурая. Вид на скит святой Анны

Далее мы добрались до безмолвного скита Микра (малая) Агиа Анна, в котором, кажется никого не было (там живет всего три монаха) и, не задерживаясь бодрым шагом (благо тропа все время шла вдоль моря без подъёмов) дошли до весьма известной на Афоне кельи Данилеев, в скиту Катунакья. Эта келья была основана в ΧΙΧ веке группой греческих монахов во главе со старцем Даниилом из Русского Пантелеимонова монастыря, когда греки, возмущенные избранием русского игумена, в качестве протеста оставили монастырь. Старец Даниил даже написал особое сочинение в котором доказывал, что Пантелеимонов монастырь никогда не принадлежал русским, но всегда был греческим, а название росикон (русский) происходит от одного неверно понятого топонима…

Монашеские кельи разбросаны по самым казалось бы неприступным склонам и ущельям Афона. Вид с тропы на скит Микра Агиа Анна

Тем не менее, даже покинув Пантелеимонов монастырь, греки оказывали активное гостеприимство русским паломникам, которые приходили посетить диковинные и знаменитые Карули (цепи) с их прославленными старцами, которые находятся прямо под келией, около моря. На Карулях ночевать было очень неудобно и хитрые греки предлагали построенную ими удобную келью, за что получали богатые пожертвования.

И в наше время келья процветает и теперь известна своими иконописцами. Позвонив в дверь, мы встретились с радушным отцом Стефаном, 80-летним седовласым архондаричным кельи и очень разговорчивым монахом, который принял постриг на Афоне, будучи всего 10 лет от роду.

Отец Стефан из кельи Данилеев

Отец Стефан не упустил возможности показать нам последние работы иконописной мастерской, угостил нас греческим кофе, налил по 25 грамм раки (крепкого спиртного), положенного всем пешим паломникам и много рассказывал про жизнь монахов в этой местности.

Отдохнувшие, с новыми силами, мы отправились на преодоление 400 метрового подъёма между Катунакья и Керасья, забравшись в конечном итоге на высоту в 700 метров над уровнем моря.

На карте мы видели крупную точку, которую и наметили для ночлега, дабы разбить тяжесть пеших переходов на меньшие отрезки. Это был отшельнический скит Святого Василия, которого еще не посещал даже наш проводник. По пути мы проходили множество разбросанных, то там, то здесь монашеских келий. Проходя мимо одной из таких келий (точнее калив), нас окликнул один монах и спросил, куда мы направляемся. Наш проводник ответил – что в скит Святого Василия. На что монах в свою очередь спросил: «а вы зилоты»? – Мы ответили отрицательно. На этот диалог мы не обратили особого внимания и, как выяснилось позднее, весьма зря.

С трудом добравшись до скита Святого Василия, уже весьма изможденные и мечтающие об отдыхе, мы постучали, как нам показалось в самую большую (и перспективную для ночлега) келью. Дело в том, что в этой части Афона позвонить и предупредить монахов о своем приходе весьма проблематично, ввиду отшельнического характера их жития. Поэтому мы шли, надеясь исключительно на то, что Богородица, как игуменья Горы Афон, Сама управит и поможет нам в ночлеге в этой пустынной местности, которая представляет собой практически непригодный для жизни крутой склон, усыпанный кустарниками и россыпями острых камней, ходить по которым – одно мучение.

Перед входом в Благовещенскую келью скита святого Василия

В массивных воротах приоткрылось небольшое окошко и какой-то молодой монах поинтересовался кто мы и чего желаем. Мы объяснили, что мы паломники, пешком идем от Святой Анны и желаем ночевать, если на это будет благословение. Монах закрыл окошко и побежал спрашивать благословение старца. После пяти минут ожидания ворота раскрылись, нас впустили внутрь и сразу же повели к отдельному помещению, предназначенному для паломников.

Оказалась, что мы попали келью Благовещения Пресвятой Богородицы в скиту св. Василия. Через некоторое время нас пригласили на ужин и сказали, что после этого будет беседа со старцем. Подкрепившись и воспрянув духом, мы всей толпой (было нас шесть человек) потихоньку зашли в маленькую каморку, где в полумраке находился престарелый седовласый старец Августин. Он уже не мог вставать и потому в течение всей нашей беседы лежал на кровати.

Мы обратили внимание на то, с каким благоговением и уважением, относились к нему монахи этой кельи, с каким почтением спрашивали у него благословения на все свои келейные дела. Старец, несмотря на свою немощь, обладал весьма зычным и уверенным голосом и сразу же начал беседу, предварительно расспросив, кто мы и откуда. Поначалу все шло как будто бы так, как и это и должно происходить: старец говорил о нравственности, о грехе, потом речь пошла о том, что наступают последние времена, Антихрист расставляет свои ловушки в виде различных кодов и номеров…

Вид на храм кельи в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. На заднем плане видны жилые помещения

В какой-то момент речь зашла о знаменитом во всем православном мире старце Паисие Святогорце и старец вдруг заявил, что все книги, которые распространяются о старце Паисие с его поучениями, являются подложными, и что подлинный старец Паисий никогда не говорил, того, что там написано и не мог сказать такого, будучи другого духа и подлинным старцем. В этот у нас у всех наступило постепенное осознание того, что старец несколько перегибает палку и оказались мы на самом деле, сами о том не подозревая, на келье у зилотов! С этого момента один за другим, не сговариваясь все постепенно начали незаметно покидать каморку старца, предпочитая отдать долг своим утомленным телесам, чем слушать рассказы о неподлинности книг старца Паисия. В глаза стала бросаться и очевидная бедность кельи, построенной очень грубо. Чуть позже нас все же позвали на вечернее правило, которое монахи читали прямо в келье старца.

Не поминающие вселенского патриарха зилоты (ζηλωτές – с греческого означает «ревнители», что подразумевает ревнование о чистоте Православия) проживают на Афоне не только в раскольническом монастыре Есфигмен, но также рассеяны по множеству келий в труднодоступных частях Афона, в чем мы убедились на своем примере.

Во дворе кельи Благовещения скита святого Василия
Вид на вход в Благовещенскую келью
Тропа возле кельи

Только проснувшись утром, мы смогли, наконец, осмотреться более обстоятельно. Скит св. Василия, состоящий из нескольких разбросанных келий, расположен на крутом обрыве горы Кармил высотой 1000 метров, которая увенчивается кельей с храмом в честь святого пророка Илии.

Со скита открывается прекрасная панорама на залив Святой Горы и виднеется второй палец Халкидиков – Ситония.

Вид на море со скита святого Василия

Передвижение по этой местности весьма затруднительно из-за крутого склона – даже перемещаясь по территории кельи, приходится либо идти вверх, либо спускаться. Как выяснилось позднее, на скиту св. Василия большая часть келий принадлежит именно зилотам. Тогда и вспомнился странный вопрос монаха о том, не зилоты ли мы…

Продолжение следует…

Читайте продолжение паломничества на Афон. (День 3-4):

Паломничество на Афон. День 3-4